<< Предыдушая Следующая >>

§ 6. Общая характеристика Конституции и законодательства Республики Беларусь


Продолжавшийся в течение почти четырех лет процесс конституционного обновления Беларуси завершился 15 марта 1994 г. принятием нового, пятого по счету Основного Закона. До этого Конституции в Беларуси принимались в 1919, 1927, 1937, 1978 годах.
Безусловно, что частое обновление Основных Законов – дело нежелательное. Уже сам по себе этот факт свидетельствует о нестабильном развитии государства либо недостатках Основного Закона. Обычно в качестве примера устойчивости Конституции приводят США, где Основной Закон был принят в 1787 году и действует уже более двухсот лет. Хотел бы отметить, что стабильность Конституции США заключается не только в минимуме конституционной регламентации (определена структура высших органов государства, их взаимодействие, система сдержек и противовесов, а также закреплены права человека), но и в гибком толковании конституционных норм, осуществляемом Верховным Судом. Тексты толкования давно превзошли текст самой Конституции, представляющей вначале всего пять страниц. Благодаря интерпретации (толкованию) Конституции ее нормы органично “вписываются” в складывающуюся реальность, при этом учитываются политические, экономические и социальные изменения в обществе. Свыше ста лет действуют конституции и в некоторых европейских государствах – Норвегии, Швейцарии. Правда, можно сослаться и на историю Франции, где за последние два столетия было принято шестнадцать конституций.
Общепризнанным считается факт, что Конституция составляет ядро правовой системы, она является базой для развития всего законодательства. Не случайно второе сопутствующее название Конституции – Основной Закон. Сейчас это название содержится лишь в преамбуле Конституции.
Отличительными признаками нового Основного Закона Беларуси являются: 1) деидеологизированный характер; 2) закрепление в качестве экономической основы многообразие форм собственности; 3) установление равенства государства и гражданина, наличие у них взаимных обязательств; 4) закрепление в качестве вектора для развития текущего законодательства приоритета общепризнанных принципов международного права; 5) разделение и взаимодействие властей; 6) прямой характер действия норм Конституции.
“Демократия в Республике Беларусь, – гласит статья 4 Конституции, – осуществляется на основе многообразия политических институтов, идеологий и мнений. Идеология политических партий, религиозных или иных общественных объединений, социальных групп не может устанавливаться в качестве обязательной для граждан”. В хорошо известной статье 6 (в Конституции 1978 г. закреплялась руководящая и направляющая роль компартии) сейчас речь идет о функционировании государственного механизма на основе принципа разделения властей. В Основном Законе, исходя из отказа от заранее данной идеологической направленности, как и в Конституциях цивилизованных стран, не говорится о строительстве социализма, коммунизма или капитализма. Подчеркивается (ст. 13) равенство всех форм собственности и их защита.
В новой Конституции нашли отражение политические и социально-экономические перемены, предусмотрена программа совершенствования демократии, гарантии прав и свобод.
По предыдущей Конституции Беларуси государство имело явно выраженный тоталитарный аспект. Начиная с 1989 года прежнюю Конституцию приходилось беспрерывно обновлять, причем не только отдельные статьи, но и разделы, и главы. Особенно это коснулось основ общественного строя Беларуси, положений, касающихся организации и деятельности органов государственной власти, статуса политических организаций. Раздел же о правах и свободах граждан оставался до принятия новой Конституции практически неизменным. В этом разделе явно прослеживался патерналистский характер государства.
Конституция 1978 г. в 90-е годы стремительно превращалась в архаичный документ. Это в решающей мере обусловливалось тем, что в конце 80-х – начале 90-х годов в общественном сознании с новой силой встала проблема обретения республиками бывшего СССР государственного суверенитета, устранения монополии одной партии на власть, утверждения политического и экономического плюрализма. Совершенно иначе воспринимались ценности демократии, права и свободы граждан, роль государства в их обеспечении. Все чаще политики обращались к таким важнейшим документам, как Всеобщая декларация прав человека, Международный пакт о гражданских и политических правах, Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах и др., многие принципиальные положения которых даже не упоминались в прежней Конституции.
Огромное значение для принятия новой Конституции имела Декларация о государственном суверенитете, которую мы из 15 бывших союзных республик приняли восьмыми, т.е. в золотой середине. (К этому времени были приняты декларации Эстонии, Латвии, Литвы, Грузии, России, Молдовы, Украины.) Декларация решила вопрос о власти. Объявив суверенитет республики, Декларация закрепила обязанность государства охранять и защищать национальную государственность белорусского народа. Демократической была запись о том, что лишь насильственные действия против национальной государственности от кого бы они не исходили могут преследоваться по закону. Как и в Конституции 1978 года, в Декларации было закреплено, что единственным источником государственной власти является белорусский народ. Однако в отличие от Основного Закона в ней подчеркнуто, что полновластие народа реализуется не только через представительные органы, но и непосредственно. Весьма далекие последствия имела запись в Декларации положения о том, что право выступать от имени всего народа республики имеет исключительно Верховный Совет Республики Беларусь. По существу эта норма и предварительная работа над ней предопределили соответствующие коррективы статей 6 и 7 Конституции, где речь шла о руководящей роли КПСС. Безусловно, что в демократическом государстве народ может говорить сам либо от его имени могут говорить представительные органы (Парламент, Президент).
Декларация определила соотношение властных полномочий Союза и республики. Ранее существовавшая пирамида была перевернута: не Конституция и законы СССР имели верховенство, а объявлялось, что на территории Республики Беларусь устанавливается верховенство Конституции и законов республики. Эта запись в будущем во многом явилась юридической основой для решения судьбы федеративного государства. В Декларации имелись и другие важные положения, которые предопределяли содержание будущего проекта новой Конституции Беларуси: о гражданстве, о разделении властей, о собственных вооруженных силах, о финансово-кредитной системе, о тенденции к нейтралитету и безъядерности.
Стремление к обретению государственного суверенитета, созданию условий для достойного и свободного развития личности означало, что именно на Конституции республики должна строиться вся система правового регулирования. Это усиливало ее значение, изменяло функции Основного Закона. Конституция 1978 г. этим требованиям не отвечала. Кроме того, она была идеологизированной, не обеспечивала свободное развитие личности, ставила в неравное положение государство и гражданина, в ней отсутствовали другие важные принципы, характерные для существования правового демократического государства (например, разделение властей, приоритет общепризнанных принципов международного права и др.).
Конституция любого государства, в том числе и белорусского, ставит и решает фактически три группы проблем, а именно: 1) регламентацию института прав и свобод: 2) создание нового государственного механизма; 3) разработку нового права, создание новой судебной системы, которая должна пресекать возможный произвол власти.
С принятием новой Конституции главной задачей является формирование конституционной практики, отвечающей букве и духу Основного Закона, обеспечение непосредственного действия Конституции, ее единообразного применения. Нужно сделать все, чтобы юридическая и фактическая Конституции совпадали.
Около 50% статей Конституции посвящены правам и свободам. Дальнейшее их развитие, наполнение новым содержанием, их гарантированность – задача всех государственных органов, в том числе судов. Необходимо с учетом новой Конституции и закрепленных в ней принципов дать классификацию прав и свобод. Вычленение их в ту или иную группу позволит найти в них общее и особенное, определить стратегию их развития и защиты.
Конституция Республики Беларусь, на наш взгляд, различает права человека и гражданина. Представляется, что предметом особой заботы государства в первую очередь должны стать неотъемлемые, неотчуждаемые права человека, т.е. те, которые изначально не носят нормативного характера, не дарованы государством, а, наоборот, государство в этой сфере имеет ограничения (право на жизнь, на неприкосновенность, свободу передвижения, свободу убеждений и др.). Именно естественные права выступают в качестве критерия прав позитивных, т.е. исходящих от государства и закрепляемых в нормативных актах.
В области обеспечения неотъемлемых прав человека должны быть в первую очередь сосредоточены усилия на скорейшем достижении международных стандартов. Это тем более необходимо в силу нашего стремления в Совет Европы.
Верховный Совет, принимая в марте 1994 г. Конституцию, совершил революцию, закрепил в ней принцип разделения властей, тем самым лишив себя монополии на власть, которой он юридически обладал с июня 1990 г. По существу, можно говорить о демонополизации власти. Однако мало провозгласить этот принцип, необходима его реализация на практике. Прошедший период показывает, что на этом пути возникло много трудностей и проблем, истоки которых кроются не только в стремлении Президента занять свою нишу в политической системе. Юридически Парламент до марта 1994 г. вправе был принять к своему рассмотрению и решить любой вопрос, находящийся в ведении Республики Беларусь, что он часто и делал, вторгаясь в компетенцию исполнительной власти, на вершине которой был тогда Совет Министров.
Безусловно, оптимальным было бы проведение сразу после принятия Конституции не только выборов Президента, но и выборов в Верховный Совет. В государстве была бы совершенно иная атмосфера. В итоге вместо обещанных выборов сразу после принятия Конституции они были назначены на столь “неудачный” срок – 14 и 28 мая 1995 г., что парламент не был сформирован. Хотел бы подчеркнуть, что даже в годы жесткой однопартийной системы выборы проводились в феврале – марте. Анализ норм Конституций 1978 и 1994 годов также позволяет сделать вывод, что выборы следовало проводить не позднее середины февраля 1994 г. Замечу, что смена власти, одного состава Парламента другим, должна происходить таким образом, чтобы исключить возможное желание кого-либо продлить свое пребывание у власти вопреки требованию Основного Закона. Следовало бы наделить Конституционный Суд правом проверки конституционности проведения выборов, народных голосований. В результате упущений, допущенных Верховным Советом 12-го созыва, темпы конституционных преобразований явно замедлились. Верховный Совет не только “пересидел” лишние девять месяцев, но и не выполнил взятое обязательство: принять в течение двух лет законы, указанные в Конституции, и не позволил сделать это новому парламенту. Осталось невыполненным и прекрасное в общем постановление Президиума Верховного Совета “О первоочередных мерах, направленных на реализацию Конституции Республики Беларусь”, в том числе и по вине самого Президиума.
Необходимо стремиться к укреплению в рамках Конституции законодательной власти. Для того чтобы ей быть эффективной, Парламенту прежде всего следует поддерживать высокий уровень законодательства. Для этого нужно выработать надлежащие процедуры, обеспечивающие взаимодействие составных частей Парламента; внедрить эффективную систему комиссий; обеспечить открытость работы Парламента; внедрить механизмы, исключающие при необходимости абструкцию обсуждаемой проблемы; принять закон о лоббизме.
Должно стать неукоснительным правилом принятие законов в строгом соответствии с Регламентом Парламента, причем это касается не только порядка голосования и получения необходимого числа голосов. Проблема значительно шире. Нарушение процедуры, принятие закона, влекущего дополнительные расходы, без финансово-экономического обоснования, особенно после утверждения государственного бюджета, должно приводить к объявлению такого акта не имеющим юридической силы. Это не должно было оставаться вне поля зрения Конституционного Суда. В новой редакции Конституции многие из этих вопросов решены.
Формулировка статьи 7 Конституции, согласно которой государство, все его органы связаны правом, действуют в пределах Конституции и принятых в соответствии с ней законов, также направлена на обеспечение равенства властей. Это формулировка исключает, на наш взгляд, правовую основу для тезиса “О диктатуре закона”. Диктатура – она и есть диктатура. Законодательная и исполнительная власти обязаны соизмерять свои решения в рамках Конституции с правом.
Право и закон нельзя отождествлять, так как эти понятия различаются. Праву всегда присущи признаки равенства и свободы, а конкретному закону, иному нормативному акту – нет, т.е. они могут быть действительно удачными и неудачными, “хорошими” и “плохими”. Государство в лице его органов посредством издания законов и подзаконных актов формирует право, куда помимо юридических норм входит правосознание и правовая идеология. Сущность любого правотворческого процесса, в том числе и законодательного, должна быть ориентирована на высокие идеалы. Не следует упускать из виду, что право включает и нормы международного права.
Если стать на точку зрения, что право и закон – понятия тождественные, то какие могут быть претензии к фашистскому или сталинскому государству.
Говоря о хороших и плохих законах, вовсе не имею в виду иногда пропагандируемый принцип: обязательны только первые, т.е. хорошие, и не следует исполнять вторые, т.е. плохие, законы. Здесь должен действовать важнейший конституционный принцип – признание акта неправовым должно осуществляться уполномоченными органами, если Конституцией не предусмотрен иной механизм действия акта более высокой юридической силы. В переходных положениях Конституции, которыми являлся закон о порядке вступления ее в силу, было предусмотрено, что законы, указанные в Конституции, должны быть приняты в течение двух лет после ее вступления в силу. 30 марта 1996 г. этот срок истек, однако ряд необходимых законов так и не принят. Считаю, что в случае отсутствия либо недостаточности законодательного массива для реализации в полном объеме основных прав и свобод необходимо активнее использовать право толковать Конституцию.
По Конституции правом ее толкования обладает белорусский Парламент по предложению Президента либо по инициативе не менее 150 тысяч граждан Республики Беларусь. Однако за годы действия Конституции был принят лишь один закон о толковании Конституции. Это не способствует установлению единообразного применения конституционных норм. Существует ряд критериев, предъявляемых к актам толкования. Один из них – акт толкования должен адекватно отражать содержание толкуемой нормы. Учитывая, что акт толкования, нормативный акт он может быть предметом рассмотрения в Конституционном Суде. Таким образом, обеспечивается, я бы сказал, двойная защита Конституции. Изложенный в переходных положениях Конституции принцип, согласно которому законы и иные нормативные акты до приведения их в соответствие с Конституцией действуют в той части, в какой они не противоречат Конституции, означает, что не требуется отмены акта или решения Конституционного Суда для того, чтобы не применять противоречащую Конституции норму. В этом случае правоприменитель берет на себя риск ответственности за ошибочность решения.
Начатые на общегосударственном уровне реформы должны быть продолжены на местном уровне. Достоинством Конституции является то, что она позволяет исключить существование параллельных исполнительных структур на местном уровне, как это было одно время в России.
Нужно сосредоточить усилия на технологии обеспечения конституционных норм, верховенства Конституции. Полезно было бы внедрить и строго придерживаться правил принятия решений распорядительного, а в некоторых случаях и нормативного характера Парламентом, Президентом, Правительством, местными органами, министерствами, ведомствами, иными государственными органами и должностными лицами со ссылкой на акт более высокой юридической силы, т.е. Конституцию, закон, указ и т.д.
Конституционный Суд, проверяя конституционность оспариваемого нормативного акта, устанавливает соответствие его Конституции, международно-правовым актам, ратифицированным Республикой Беларусь, законам, декретам и указам Президента: 1) по содержанию норм; 2) по форме нормативного акта; 3) с точки зрения разграничения компетенции между государственными органами; 4) по порядку принятия, подписания, опубликования и введения в действие.
Рассматривая вопрос о соподчиненности нормативных актов, следует отметить, что существуют общие принципы построения иерархии законов и других нормативных правовых актов, хотя это и не исключает существование национальных особенностей.
Смысл и содержание конституционных норм предопределяются общепризнанными принципами международного права. Именно такой вывод можно сделать из содержания статьи 8 Конституции. Вслед за Конституцией Республики Беларусь идут: 1) конституционные законы, включая и законы о толковании Конституции (ст. 140 Конституции); 2) международные договоры, ставшие обязательными для Республики Беларусь (ст. 8, 116 Конституции); 3) программные законы (сюда следовало бы отнести и закон о бюджете); 4) законы, декреты, указы (об их соподчиненности будет сказано позднее); 5) постановления Правительства; 6) акты Национального банка, акты министерств, исходя из их компетенции; 7) акты органов местного управления и самоуправления.
Как уже отмечалось, в нашем государстве не получила своего развития так необходимая практика нормативного толкования конституционных норм в целях обеспечения их единообразного толкования.
Правом казуального толкования Конституции обладает Конституционный Суд, однако мы видим по многочисленным жалобам граждан, поступающим в Конституционный Суд, что их инициатива по разрешению конституционного спора часто блокируется. Сложные вопросы вместо их разрешения загоняются вглубь. Приходится констатировать, что есть лица, в том числе и среди чиновников, которые не против представить рассмотрение дел в Конституционном Суде как чуть ли не национальную трагедию. Видимо, эти опасения обусловлены тем, что Конституционный Суд может разрешить дело не из конъюнктурных соображений, а исходя из требований права. Относительно разрешения спора в Конституционном Суде наиболее удачным может быть такое в рамках права решение, которым обеспечивается оптимальное сочетание интересов отдельной личности, общества и государства в целом. Всегда решение Конституционного Суда должно быть правовым. Опыт свидетельствует, что вынесение самим Конституционным Судом не конституционных, а явно политических или конъюнктурных решений приводит к утрате им своей легитимности, снижению его авторитета как беспристрастного, действующего только на основе права государственного органа.
Однако обратимся к еще одному общему юридическому вопросу. В ст. 137 Конституции указано, что законы, декреты, указы и иные акты государственных органов издаются на основе и в соответствии с Конституцией. На практике вызывает вопросы положение части третьей этой статьи о том, что в случае расхождения декрета или указа с законом закон имеет верховенство лишь тогда, когда полномочия на издание декрета или указа были предоставлены законом. Встречи с юристами, в том числе судьями, прокурорами, адвокатами, юрисконсультами, т.е. с теми, кто в повседневной деятельности принимает юридически значимые решения, показывают, что здесь необходимы разъяснения. Норму статьи 137 Конституции следует толковать с учетом действия принципа разделения властей: все ветви власти соизмеряют свои акты с Конституцией. И Президент, и Парламент, и суды основывают свои решения на Конституции. Конечно, в советское время речь традиционно всегда шла о верховенстве закона, в узком смысле этого слова, как акта, принятого Парламентом. Однако в настоящее время существуют три достаточно независимые ветви власти. Закон как источник правового регулирования должен остаться основным регулятором общественных отношений. Вместе с тем есть исключительно конституционные полномочия Президента, которые он может реализовать посредством издания указов или распоряжений (издание декретов означает, что Президент в соответствии с Конституцией “вторгается” в законодательное поле Парламента). Указ, изданный на основе Конституции, может по своей юридической силе идти вслед за Конституцией (в то же время могут издаваться указы, носящие подзаконный характер, т.к. полномочия на их издание предусмотрены не в Конституции, а в законе). Логическим завершением этой конструкции было бы наделение Конституционного Суда правом разрешения споров о компетенции. Ведь правоприменителю необходимо определить не в политическом, а в юридическом смысле, какой акт выше – закон или указ. Для этих целей за рубежом и наделяют конституционный суд правом разрешения споров о компетенции. У нас в стране этого нет, однако выходом из данной ситуации может быть постановка вопроса о проверке актов, по-разному регулирующих один и тот же вопрос, на соответствие Конституции. В процессе этого и будет выявлено верховенство.
Представляется, что одной из острых проблем является определение соотношения декретов и законов, декретов, законов и кодексов, новых и старых актов, общих и специальных.
В определенной мере ответ на этот вопрос дает не только Конституция, но и закон о нормативных правовых актах. Однако вопросы, как показывает практика, остаются, когда с принятием нового акта одновременно не корректируются соответствующие нормы других актов либо эта корректировка недопустимо затягивается и тем самым нарушается системность законодательства, оно становится лоскутным, хаотичным, внутренне противоречивым.
Декреты, как того требует часть третья статьи 101 Конституции, должны издаваться в силу особой необходимости. Если есть возможность в период работы сессии принять закон, объявив его срочным, то следует щадяще относиться к праву Президента принимать такого рода акты. Следует воздерживаться от издания декретов сразу после принятия законов, которые также подписывает Глава государства. Обратите внимание, что такой вид актов, как декреты, издается по самым непопулярным вопросам. Президент берет на себя все последствия принятия такого акта. Но благородство тоже имеет определенные границы и последствия. Это – во-первых, а во-вторых, мы часто и не знаем, кто инициирует такого рода акты, их авторы остаются в тени и тогда, когда в течение недель и месяцев все язвительные стрелы летят в адрес того, кто подписал акт. Представляется, что внесение предложений Президенту об издании декрета должно быть глубоко продуманным и обоснованным, когда другие варианты решения вопроса исключены. В то же время в силу своего статуса Президент вправе издавать обеспечивающие исполнение Конституции и законов правовые акты во всех случаях, когда отсутствуют иные предназначенные для этого механизмы, в том числе и в целях восполнения пробелов по причине бездействия законодателя.
Как известно, новый закон имеет большую юридическую силу по отношению к ранее принятому. Это же правило работает и в отношениях “декрет – закон”. А как же соотносятся кодексы, законы и декреты?
Необходимо напомнить, что согласно статье 10 закона о нормативных правовых актах, который вступил в силу 21 января 2000 г., кодексы имеют более высокую юридическую силу по отношению к другим законам. Декрет имеет силу закона.
В свое время в Конституционный Суд на отзыв был направлен проект декрета по вопросу возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью граждан. Речь идет о различных подходах к решению данной проблемы в Трудовом кодексе и декрете. Сразу обнаруживается, что полностью из поля зрения выпало требование закона о нормативных правовых актах. Так или иначе, но или законодательство, или практику необходимо менять, поскольку, если строго следовать букве статьи 10 закона о нормативных правовых актах, то со дня вступления его в действие, т.е. с 21 января 2000 г., коррективы кодексов законами недопустимы, по крайней мере, без принятия декрета о приостановлении действия указанной нормы закона. Хотя такой подход по многим причинам нежелателен.
Следует отметить, что закон о нормативных правовых актах определяет методологию разработки и принятия правовых актов. В этой связи очень важна точность содержащихся в них формулировок. Вряд ли можно, например, согласиться с тем, что постановления Правительства всегда являются нормативными правовыми актами и, таким образом, они не могут приниматься по вопросам правоприменения. Выступая за полноценные правомочия Президента, в то же время считаю, что не все указы Президента должны рассматриваться как законодательные акты, что определено в статье 1 закона о нормативных правовых актах, например те из них, которые явно носят подзаконный характер в силу делегирования законом определенных полномочий. Однако такой указ не может возвышаться над законом. В то же время указ, изданный в силу конституционных полномочий, действительно может признаваться законодательным актом.
У Президента есть очень сильный механизм воздействия на законодательный процесс – право законодательной инициативы, наложения вето (в том числе выборочного), подписания и опубликования актов.
Белорусский Парламент много сделал для совершенствования правовой системы, обновления законодательства. В этом его огромная заслуга. Однако недостатком парламентской деятельности в последние восемь лет, в том числе и Верховного Совета 12-го созыва, является то, что не все законы, прямо указанные в Конституции как необходимые для ее исполнения, приняты. Например, направленные на реализацию статьи 30 Конституции о свободе передвижения и выбора места жительства. Причем иногда раздувают страхи, что без этого все рухнет, будет всплеск преступности, все захотят жить в столице и т.д. По нашему мнению, речь должна идти о замене жестких норм о прописке такими нормами, которые предусматривают лишь те ограничения, которые продиктованы интересами национальной безопасности, общественного порядка, защиты нравственности, здоровья населения, прав и свобод других лиц (ст. 23 Конституции). Прописка как таковая в сегодняшних условиях может остаться, но с иным правовым режимом, учитывающим необходимость строгого соблюдения конституционных предписаний. Кстати, принятие соответствующего закона и его реализацию следовало осуществить до 30 марта 2001 г. Это обусловлено тем, что Законом от 15 марта 1994 г. “О порядке вступления в силу Конституции Республики Беларусь” устанавливался максимально возможный переходный период для полной реализации статьи 30 Конституции – семь лет.
Другой пример – о праве граждан на альтернативную службу. Оно закреплено не только в статье 57 Конституции, но и в статьях 1 и 14 закона о всеобщей воинской обязанности и военной службе (1992 г.). Оправдания типа “в законодательстве нет механизма” выглядят надуманными, они больше подходят для тех, кто только пришел учиться на юридический факультет. Механизм вырабатывается правоприменителями, в том числе и судами, которые осуществляют не законосудие, а правосудие. Именно о верховенстве права идет речь и в статье 6 Конституции. Право формируется не только нормативными актами, но и доктриной, судебными и административными прецедентами. Кстати, ссылки на то, что судебный прецедент не является источником правового регулирования, безосновательны и не отражают современные тенденции развития. Роль судебного или административного прецедента в системе романо-германского права, к которой принадлежит и белорусское право, несколько иная – он должен иметь по отношению к закону подчиненную роль, но прецедент вполне может восполнять пробелы в действующем законодательстве.
Наше действующее текущее законодательство требует особого анализа. Как огромный вклад Верховного Совета 12-го созыва следует оценивать создание в течение 1990 – 1994 гг. законодательного массива независимого белорусского государства (за этот период было принято около 400 законодательных актов, т.е. примерно столько же, сколько было принято Верховными Советами предшествующих созывов за 50 лет, начиная с 1938 г.). Не менее значимой является деятельность Палаты представителей в 1996 – 2002 гг. по обновлению законодательства, принятию новых кодексов (об их качестве, конечно, особый разговор). В последние годы палаты Парламента активно осуществляли свою законотворческую функцию, но, к сожалению, слабо действовала контрольная функция.
О придании актам обратной силы. Рассматривая дела в Конституционном Суде, мы часто сталкиваемся с этой проблемой. В части шестой статьи 104 Конституции предусмотрено, что закон не имеет обратной силы, за исключением случаев, когда он смягчает или отменяет ответственность. Некоторые юристы ошибочно утверждают, что такие жесткие требования установлены только для закона. Они, к сожалению, не придерживаются взгляда о том, что в указанной норме закреплен по существу важнейший принцип, имеющий универсальный характер, то есть обязательный для введения в действие всех нормативных актов.
Одно из основных требований к нормативным актам – ясность и стабильность правовых правил. В противном случае будет просто накапливаться чувство отторжения власти гражданами.
Нормативные акты должны быть понятными для правоприменителя, а не являться юридическими “головоломками”. Именно по причине неясности нормативные акты могут быть оспорены в Конституционном Суде. Когда норма права сформулирована неясно, необходимо весьма осторожно подходить к вопросам ответственности конкретных лиц. Законодательство должно быть стабильным, но не в плане его консервации, а принятия таких юридических актов, которые бы предвосхищали потребности завтрашнего дня. Следует исключить нормотворческую “круговерть”. Стабильное современное законодательство – залог стабильного развития государства и общества.
Одним из отрицательных примеров не столько неудачного законодательствования, сколько плохой работы по устранению внутренних противоречий, является Трудовой кодекс (далее – ТК). В части пятой статьи 400 ТК, например, предусмотрено, что работники, которые несут полную материальную ответственность при причинении ущерба в результате совершения преступления (ст. 404), обязаны сами доказать отсутствие своей вины. Учитывая презумпцию невиновности в совершении преступления и другие правовые принципы, это – просто нонсенс. В статье 268 ТК определено, что расторжение трудового договора с беременными женщинами и женщинами, имеющими детей в возрасте до трех лет, не допускается, исключая увольнение по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 44 ТК. Пункт же, к которому содержится отсылка, регулирует призыв работника (т.е. беременной женщины!) на воинскую службу.
Важно добиться системности законодательства исходя из тех целей, которые провозглашены в преамбуле Конституции. Законодатель в лице Парламента призван устанавливать основополагающие принципы правового регулирования. Приоритетность закона – не в механическом увеличении удельного веса законов в правовой системе, а в решении им основных, наиболее важных вопросов.
В настоящее время имеются прекрасные для правотворчества условия – отсутствие антагонистического противостояния властей. Важно, чтобы предмет законодательного ведения был достойным закона. Правильный выбор формы акта имеет принципиальное значение. Известно, что сейчас готовится закон о Национальном собрании Республики Беларусь. Считаю ошибочным включение в него положений, которые могут и должны быть предусмотрены в регламентах палат. Это не только ведет к ослаблению позиций Парламента, но и противоречит статье 105 Конституции. Следует также иметь в виду, что регламенты палат, как и любой нормативный акт, обязательны для всех, поэтому нет необходимости “облекать” процедурные нормы в форму закона.
Право законодательной инициативы депутатов, провозглашенное в Конституции, может быть ограничено только предписаниями Конституции, а не амбициями чиновников. Ограничения касаются лишь тех инициатив, результатом реализации которых будет сокращение государственных средств, создание или увеличение расходов. Это, кстати, мировая практика.
Ориентация на механическое увеличение законодательного массива не даст необходимого результата. Конечно, пробелы в правовом регулировании необходимо восполнять. Однако сам факт принятия нормативных актов не означает эффективность права. Для правового регулирования отношений между гражданами и государством предпочтительнее не разрешительный, а запрещающий порядок, т.е. следует не перечислять, что допускается, а указывать, от чего гражданин должен воздерживаться. Все остальное – допустимо.
Огромное значение имеет не только согласованность норм внутри одного акта, согласованность актов в рамках одной отрасли, но и согласованность близких норм разных отраслей.
Об опубликовании нормативных актов. Нарушение требований Конституции в этой области может повлечь признание акта неконституционным. К сожалению, нет единства в определении даты введения в действие акта со дня опубликования. Складывается впечатление, что при этом преобладает чисто субъективный подход и не учитываются объективные факторы. Устанавливаются не только различные сроки, но и используются различные понятия: акты вводятся в действие “со дня опубликования”, “с момента опубликования”, “после выхода в свет” и т.д. А ведь точность в этом вопросе очень важна. Даже в Собрании декретов, указов Президента и постановлений Правительства Республики Беларусь указывался только месяц и не ставилось число опубликования. Многие нормативные акты опубликованы впервые именно в этом журнале, они будут сохранять свою юридическую силу длительное время. Для определения даты опубликования в этой связи может быть предложено несколько вариантов, в том числе исходить из последнего числа месяца (если актом ухудшается правовое положение участников общественных отношений). Желательно придерживаться правила о введении в действие нормативных актов, касающихся прав и свобод, не ранее десяти дней со дня опубликования.
<< Предыдушая Следующая >>
= Перейти к содержанию учебника =
Информация, релевантная "§ 6. Общая характеристика Конституции и законодательства Республики Беларусь"
  1. § 6. Юридическая сила решения
    Законы, декреты и указы Президента Республики Беларусь Республики Беларусь, международные договорные и иные обязательства Республики Беларусь, акты межгосударственных образований, в которые входит Республика Беларусь, постановления Совета Министров Республики Беларусь, акты Верховного Суда Республики Беларусь, Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь, Генерального прокурора Республики
  2. § 5. Опубликование решения
    Заключения Конституционного Суда подлежат обязательному официальному опубликованию в порядке, установленном законодательством Республики Беларусь. Решения публикуются также в “Вестнике Конституционного Суда Республики Беларусь”. Заключения Конституционного Суда не позднее чем в трехдневный срок со дня их провозглашения направляются Президенту Республики Беларусь, Палате представителей и Совету
  3. Глава 1. Понятие, сущность и юридические свойства Конституции Республики Беларусь
    Глава 1. Понятие, сущность и юридические свойства Конституции Республики
  4. 1. Общая характеристика форм правления
    . В основу организации государственной власти всех постсоциалистических государств положен принцип разделения властей. Например, Конституция Казахстана прямо указывает, что взаимоотношения трех ветвей власти складываются с использованием системы сдержек и противовесов (ч. 4 ст. 3). Фактически в этой Конституции доктрина разделения властей предстает в ее первоначальном варианте, при котором все
  5. 2. Общая характеристика действующей Конституции
    Нетрудно заметить, что нынешний текст Конституции имеет мало общего с первоначальным текстом, принятым в 1949 г. Пожалуй, только ряд положений о суде и прокуратуре, да определение столицы остались без изменений. Разумеется, сохранилась и общая структура Конституции страны, хотя она ни в коей мере не отвечает современным представлениям. Объем Конституции заметно увеличился; она стала вполне
  6. Глава 7. Решения Конституционного Суда Республики Беларусь и национальное законодательство в области обеспечения неотъемлемых прав и свобод граждан
    Глава 7. Решения Конституционного Суда Республики Беларусь и национальное законодательство в области обеспечения неотъемлемых прав и свобод
  7. 2.2. Источники морского права
    К источникам национального морского права следует, прежде всего, отнести Конституцию (Основной закон) государства, общегосударственные законы, регулирующие отношения, связанные с торговым мореплаванием, указы Президента (главы государства), а также подзаконные акты: постановления и распоряжения правительства, акты министерств и иных ведомств государственных органов исполнительной власти,
  8. 1. Общая характеристика
    . Конституции постсоциалистических государств обладают рядом общих черт и закономерностей, что позволяет говорить о появлении новой, постсоциалистической модели основного закона . -------------------------------- Азербайджан - Конституция от 12 ноября 1995 г.; Албания - Конституция от 21 октября 1998 г.; Армения - Конституция от 5 июня 1995 г.; Беларусь - Конституция от 24 ноября 1996 г.;
  9. § 4. Структура Конституции Республики Беларусь
    Структура Конституции представляет собой систему группировки конституционных норм и последовательное их расположение. Конституционные нормы включаются в разделы и главы. Структура Конституции Республики Беларусь является стандартной: она имеет преамбулу, основную часть и заключительные переходные положения. В целом Конституция выглядит следующим образом: Преамбула Раздел I. Основы
  10. Введение
    Одним из проявлений системы сдержек и противовесов, реализации принципа разделения властей является учреждение судебного конституционного контроля за соответствием Основному Закону страны нормативных правовых актов. Конституционный Суд Республики Беларусь призван защищать правовые ценности, обеспечивать верховенство Конституции во имя главной цели, для которой создается государство, служить
  11. Раздел II. Деятельность Конституционного Суда Республики Беларусь по защите личных, политических, экономических, социальных и культурных прав и свобод
    Раздел II. Деятельность Конституционного Суда Республики Беларусь по защите личных, политических, экономических, социальных и культурных прав и
ПРАВОВАЯ БИБЛИОТЕКА © 2014
info@all-books.biz